17.07.2012р.
Аркадий Корнацкий об угрозе селу и агробизнесу
«Угрозой селу и агробизнесу в нашей стране является прокурорский беспредел, коррупция и бюрократия»
Нынешняя власть всерьез взялась за мораторий на продажу земли, отмена которого за последние пять лет откладывалась уже дважды. Но в минувшем году, 23 декабря, Президент Виктор Янукович поручил Кабинету министров в месячный срок подготовить законопроект «О рынке земли», утверждение которого позволит продавать и покупать земли сельскохозяйственного назначения. Правительство с заданием справилось и уже в январе обнародовало проект документа. Естественно, в обществе сразу разгорелись споры по поводу предлагаемых новшеств. Чтобы не наломать дров, в преддверии рассмотрения законопроекта «О рынке земли» Верховная Рада решила провести 23 марта парламентские слушания. «ФАКТЫ» же попросили проанализировать плюсы и минусы анонсируемой земельной реформы практикующего юриста, сельхозинвестора, учредителя ООО «Агрофирма Корнацких», а также председателя общественной организации «Селянский фронт» Аркадия Корнацкого.
«Не будь я профессиональным юристом, на украинском земельном рынке и в агробизнесе не продержался бы и трех лет»
За 12 лет Аркадий Корнацкий создал в Николаевской области, откуда он родом, процветающую агрофирму, на деле продемонстрировав, что сельхозпроизводство в Украине может быть выгодным предприятием не только для инвестора, но и для работников и селян.
В 1998 году, приехав погостить к родителям в село Чаусово-2 из Москвы, где он тогда жил и работал, Аркадий Корнацкий приобрел… колхоз! Сделал он это по просьбе односельчан, недовольных председателем колхоза, который годами не выплачивал им зарплату. За земельные и имущественные паи крестьян Корнацкие отдали тогда более миллиона долларов. Так, мало-помалу, к Корнацким перешли права почти на 16 тысяч гектаров пашни, на которых и работает агрофирма.
Правда, стать успешным украинским агроинвестором Аркадию Корнацкому в немалой степени помогли юридическая квалификация и практика: опыт работы сначала в сфере советского, а затем российского земельного права. В 1980 году Аркадий Алексеевич получил диплом юриста-международника Университета имени Патриса Лумумбы. После окончания вуза остался в Москве. Работал сначала по профилю, а затем в агропромышленном комплексе Подмосковья. В качестве юриста обслуживал десятки сельхозпредприятий.
«Вкус к земельному законодательству и всю прелесть профессионализма в этой области права я почувствовал там, — признался «ФАКТАМ» Аркадий Корнацкий. — Особое удовлетворение доставляло решение земельно-правовых проблем граждан и организаций, обманываемых бюрократами и терявших надежду отстоять свои земельные права. По-настоящему творческой была также работа по созданию земельно-инвестиционных проектов различных видов, от маленьких в несколько десятков соток земли до сотен гектаров. Но потом в РФ была построена пресловутая вертикаль власти, работать и жить стало скучно и противно. Бюрократия и коррупция расцвели настолько, что бизнес превратился в движение в одну сторону: впереди взятка, сзади ты, и… никаких гарантий решения вопросов. Теперь в России уже не знают, что с этой вертикалью делать, но у нас, похоже, хотят наступить на те же грабли. А тогда Украина казалась раем на земле. Когда мы с родителями начали выкупать у односельчан земельные паи, я не ожидал трудностей для ведения агробизнеса».
Но проблемы не заставили себя ждать. Продолжая их преодолевать и по сей день, Аркадий Корнацкий говорит так: «Не будь я профессиональным юристом, то еще десять лет назад остался бы и без земли, и без денег».
«Бюрократия всегда была заинтересована в том, чтобы заработать деньги на процессе оформления земельных прав граждан»
— Аркадий Алексеевич, ваш опыт создания солидной агрофирмы показывает, что мораторий на продажу земли в Украине не является препятствием для достижения успеха в этом виде бизнеса. То есть можем, если хотим?
— Можно и так сказать, потому что наша фирма — не уникальное явление. Если в законодательство вносятся искусственные, антиконституционные ограничения (это как раз о моратории), законно обойти их не составляет труда. Создавая предприятие в течение многих лет, мы строго руководствовались нормами действующего гражданского и земельного законодательства, которых было вполне достаточно. Более того, я считаю, что и сейчас острой необходимости в создании новых специальных законов о земельном рынке нет. Есть Земельный кодекс, который содержит почти все необходимые нормы. Безусловно, некоторые положения кодекса нужно усовершенствовать и таким образом реализовать серьезное, как мне кажется, намерение высшего руководства страны поднять отечественную аграрную отрасль на достойный уровень. А вот рвения чиновников сказать свое веское слово в земельном законодательстве я опасаюсь. Потому что по собственному опыту общения с бюрократией знаю: она не допустит ни одной нормы, которая реально защищала бы крестьянина и сельхозинвестора от волокиты, от риска несправедливого обезземеливания и прочей головной боли — обязательно оставят пунктики, которые позволят им вымогать взятки с людей.
Так что, на мой взгляд, единственной — пока! — позитивной составляющей всех земельных реформ в Украине является приватизация сельхозземель. Если бы земля осталась государственной собственностью, мы с вами сейчас ели бы аргентинский хлеб, австралийское мясо, их молоко и все остальное. То есть имели бы некое подобие то ли советской, то ли средневековой латиноамериканской модели с государством в роли латифундиста, у которого есть огромное количество земли и который НЕ умеет, НЕ знает и НЕ хочет разумно ею распорядиться.
Но благодаря тому, что земля была сначала разгосударствлена, а потом перешла в частную собственность крестьян, с которыми появилась возможность без особой бюрократии, напрямую заключать договоры аренды, был дан первый толчок для развития аграрного бизнеса в Украине.
— Почему же тогда в этой отрасли у нас так мало достижений?
— Потому что выделение крестьянам земельных участков на паи ни в коем случае нельзя считать правильным и эффективным путем земельной реформы.
По моему глубокому убеждению, таковым была бы передача земли от государства в общую собственность и предоставление возможности собственникам этих земель — а это члены бывших советских совхозов и колхозов — создать частные сельхозпредприятия, не разрушая массивы пашни физическим выделением паев.
То есть, сохранив право каждого на земельный пай, на распоряжение им и на рыночный оборот земельных паев, не нужно было выделять их в натуре и таким образом приводить к хаосу и к огромным материальным потерям. Но какие-то идиоты решили наделать миллионы фермеров на мизерных клочках земли путем развала колхозов и порвали их на части, вместо того чтобы с умом реорганизовать. Миллионы крестьян лишили не только средств к существованию, но и поставили перед необходимостью больших расходов. Ведь практически везде и всюду государственные акты на земельный участок, права на имущество крестьянину оформить было не по силам.
Но, увы, земельная бюрократия заинтересована в том, чтобы «заработать» деньги на процессе оформления земельных прав граждан. Миллиардные суммы и бюджетных, и международных, и крестьянских средств они положили себе в карман.
— Предлагаемая реформа содержит эффективные рычаги борьбы с земельной бюрократией?
— Если закон о купле-продаже земли будет принят в той редакции, которая сейчас обсуждается, прозрачного земельного рынка не будет. Появится просто новая форма моратория, плюс мы окажемся в шаге от создания крупного латифундиста в лице государства. Потому что в проекте есть статья, предусматривающая создание специализированного госучреждения по управлению землями сельхозназначения. Это структура сродни Фонду госимущества, она станет держателем сельхозземли, и туда правдами и неправдами будут передаваться участки всех ныне существующих форм собственности. Вряд ли кто-нибудь питает иллюзии, что такой земельный фонд станет эффективным собственником.
— Для чего же он тогда предназначается?
— Предполагаю, только для того, чтобы отдать землю своим, «нужным людям» — по коррупционным схемам, по административному какому-то сценарию. На мой взгляд, этот земельный фонд может также стать инструментом рейдерского захвата уже существующих сельхозпредприятий со сложившимися землепользованиями — например, в сотни или в несколько тысяч гектаров, — потому что он будет иметь возможность «влезать» внутрь этих землевладений.
«Минимальная цена за земельный участок плюс натуральная рента — это гарантия того, что крестьянин не остается без куска хлеба»
— Поскольку вы не теоретик аграрного бизнеса, а практик, то что, по-вашему, нужно сделать для создания прозрачного рынка сельскохозяйственных земель? Какие узаконенные меры могут спасти украинские черноземы от разворовывания, а крестьян, фермеров, сельхозинвесторов — от рейдерства?
— Я убежден, что включение всего-навсего нескольких статей в обсуждаемый проект закона о рынке земли могло бы реально защитить крестьянина. В первую очередь необходимо приравнять скрытые сделки к сделкам купли-продажи.
— Что такое скрытые сделки?
— Например, создается частное сельхозпредприятие, и крестьянам предлагают: сдавайте ваши земельные участки в наш акционерный, уставной, или паевой фонд, мы будем с вами партнерами. И крестьяне сдают! Потому что им никто не разъясняет, что если они передали свои паи в уставный фонд предприятия, то потеряли право собственности на землю. И если даже предприятие не станет собственником переданной ему земли, не сможет ее зарегистрировать, то все равно первый этап отчуждения земельных паев уже произошел. Об обязательном подписании договоров с крестьянами никто и не заикается! Поэтому передачу земельных участков в уставные фонды предприятий надо приравнять либо к сделкам купли-продажи, либо к иной форме отчуждения, или хотя бы к арендным отношениям! Чтобы тому, кто передал землю в уставный фонд, не остаться на бобах. То же самое с псевдодарением, договорами мены и т. п.
Вторая желательная норма закона касается стоимости земли. Ведь если она продается, то ее можно купить, извините, и за одну гривню, правильно? Навязывать сторонам договора цену обязательной экспертной оценки — незаконно, она всегда субъективна. Значит, что нужно сделать? Необходимо ввести понятие минимальной цены, которая была бы реальной для совершения сделок купли-продажи, приемлемой и для инвестора, и для крестьянина. Но, продав землю по минимальной цене, крестьянин должен потом пожизненно получать ренту! То есть ежегодную доплату к цене продажи в виде определенной части арендной платы, лучше — натуральной продукцией, которую он получал бы, если бы сдавал землю в аренду. Минимальная цена плюс рента зерном и производственными услугами — это гарантия того, что человек не останется без куска хлеба. Если же рыночные цены на землю, дай Бог, сложатся высокие, то, конечно, на ренту тогда не стоит рассчитывать: рыночная цена есть рыночная цена.
Что еще могло бы защитить собственника земли? Изменение процедуры регистрации сделок. Сейчас она двойная и абсолютно безответственная: сначала идет нотариальное удостоверение, потом — государственная регистрация. Даже в России с ее супербюрократизированным земельным и прочим законодательством участники земельно-правовых отношений имеют право заключать договоры купли-продажи земли в простой письменной форме. Куда они идут с подписанным договором? На государственную регистрацию. Что должен сделать государственный регистратор? То же самое, что и нотариус: провести элементарную правовую экспертизу! А если нет, то зачем тогда госрегистрация — только чтобы деньги содрать?!
Чтобы защитить крестьян в Украине, необходимо на законодательном уровне установить материальную ответственность государства за несоответствие регистрируемых сделок с землей всем нормам закона — и Гражданского кодекса, и Земельного кодекса, и закона о рынке земли. Это позволит эффективно бороться с противозаконными сделками. То есть, коль уж государство в ходе правовой экспертизы прохлопало ушами, что существенные условия договора не соблюдены, оно должно нести ответственность перед обманутым крестьянином в полном объеме его убытков.
— Предложение справедливое, но реальное ли в части его принятия парламентом и выполнения в дальнейшем?
— К сожалению, я не могу дать однозначный ответ на этот вопрос. Но могу объяснить, почему склоняюсь к пессимистическому ответу. На опыте деятельности нашего сельхозпредприятия и работы коллег, занимающихся агробизнесом, убеждался не раз: хорошие, прогрессивные инициативы высшего руководства страны сводятся на нет и игнорируются представителями власти на местах, различными местными начальниками, прокурорами. Президент страны дает указание пресечь земельные злоупотребления, которых действительно множество, а облпрокурор, закрывая глаза на реальные преступления и даже соучаствуя в них, фальсифицирует уголовные дела с пользой для своего кармана. И Генеральная прокуратура, к сожалению, смотрит на это снисходительно.
В качестве примера приведу ситуацию с нашей агрофирмой — предприятием, которое ведет бизнес легально и исправно платит все налоги. Мы также обеспечиваем работникам хорошую зарплату, достойную арендную плату, поднимаем село, предоставляем крестьянам все необходимые им хозяйственные услуги. Но нас решили, пользуясь принятой в тех кругах терминологией, прикрутить, поставить на счетчик, сфабриковав дело о якобы самозахвате так называемых проектных якобы государственных дорог и проектных лесопосадок! Причем подобные уголовные дела возбуждены, а после уплаты денег прекращены, в отношении многих руководителей сельхозпредприятий.
Что такое «проектные дороги» и «проектные лесопосадки»? Такого определения в действующем законодательстве не существует. Его придумали те же горе-реформаторы, которые угробили украинское сельское хозяйство. Разогнав колхозы и совхозы, они запланировали порвать, порезать на лоскуты еще и все поля. Большего преступления против Украины не придумаешь. Но, слава Богу, его не довели до конца, сохранился только технический термин, а новых дорог и посадок на полях не нарезали. То есть дорог и посадок нет, документов, подтверждающих госсобственность на эти виртуальные объекты, тоже нет, но, например, Николаевский облпрокурор Стоянов возбуждает уголовные дела за их захват. Более того, по письменным требованиям прокуроров райземотделы и земинспекции откровенно фальсифицируют основания для возбуждения дел, а все они вместе еще и понуждают людей к даче ложных показаний. Сегодня они шьют дела на ровном месте по несуществующим дорогам, завтра обвинят в самозахвате воздуха или в чем угодно другом, что придумают. Это такое указание давал Президент Украины прокурорам? Это так создается благоприятный инвестиционный климат?
В мире дураков нет, в том числе и среди моих друзей во многих странах мира. Все прекрасно понимают, что на данном этапе основной угрозой агробизнесу в Украине является не спорное с точки зрения эффективности законодательство, а прокурорский беспредел, коррупция и бюрократия.
fakty.ua
|
| 
Чи отримують військовослужбовці задекларовані Державою виплати?
| |
Результати голосування
Ми тут...
|
